598474ea   

Дружников Юрий - Активисты Театра Абсурда



Юрий Дружников
Активисты театра абсурда
В качестве американца, побродившего изрядно по глобусу, скажу, что
североамериканская демократия -- самая-самая в мире. А как русский писатель,
склонный к инакомыслию, упру палец в ее изъян, в ее самоистязание. Все знают
суть этой американской акции (affirmative action -- позитивное действие):
меньшинствам даются преимущества при поступлении в университет, приеме на
работу и для поддержки бизнеса.
Славянская кафедра соседнего университета принимала на работу
преподавателя. Вообще-то он у них уже был, но на так называемых "мягких
деньгах", то есть временный, а нужен был постоянный. Казалось бы, парень
кончил Гарвард, по-русски говорит почти хорошо; накопав материалов в Москве,
заканчивает рукопись о советском критике тридцатых годов, студенты пишут о
нем славные отзывы, -- переведите его на "твердые деньги", и все тут! Но в
том-то и загвоздка, что, согласно позитивному действию, у него уйма
дефектов: он не негр, не женщина, не беременный, не гомосек, передвигается
не в коляске, а своим ходом и, к сожалению, не дебил. Поэтому авторитетная
комиссия отобрала из сорока двух кандидатов не его, а симпатичную черную
девушку, которая заявила, что она лесбиянка, и при этом немножечко в
положении. Политически все было выдержано корректно.
Вот уже несколько лет все на кафедре отдуваются, читая за нее лекции,
не только потому, что она перманентно или рожает, или беременна (это дело
святое). То она получила грант на изучение праоснов лесбийской любви и
отбыла в Грецию (хотел сказать -- в Древнюю Грецию), то занята поддержкой
очередной кампании феминисток. И при этом никто не может ее убедить не
ставить на первом слоге ударение в фамилии Толстой.
Но и это еще не все. Недавно бывшая девушка, а ныне преподаватель, учтя
ситуацию, публично заявила, что при найме на работу пять лет назад свинские
мужчины-шовинисты ей дали ниже ставку, чем надо, потому, что она женщина.
Она потребовала пересмотра всего ее досье, чтобы задним числом повысить саму
себя в должности от начала и по всем последующим ступеням, и несколько
комиссий посейчас продолжают в смущении над этим работать. Поистине: сказали
"а", придется промямлить "б", университет отступает, неспособный защититься
от бесстыдной потребительницы узаконенной программы позитивного действия.
Наконец, как все знают, большинством голосов Совета попечителей
"позитивное действие" в Калифорнии отменено. Но сколько лет придется хлебать
последствия -- от крупного до мелочей? Ведь chairman (председатель) нельзя
говорить, потому что "man" -- мужчина, и мы пишем просто "chair" -- стул.
Оскорбительно говорить в лекции или писать "он происходит от обезьяны", надо
"он/она происходят от обезьяны" и т.д. Миллионы во всем мире носят фамилии,
оканчивающиеся на "ман" -- скажем Хекман, Голденман или Райхман. Если
следовать логике феминисток, женщины с такими фамилиями должны их поменять
на Хеквуман, Голденвуман или Райхвуман.
В университете ведутся отдельно просто "исследования" и -- "женские
исследования", причем последние в специально созданном центре финансируются
более охотно, а значит привлекают все больше аспирантов. Углубляется
феминизация всех наук. А из всех наук для нас важнейшей является теперь
феминистика. Таков порочный круг. Читаются курсы по литературе и по женской
литературе. По театру и по женской драматургии. Мемуары, написанные
женщинами, изучаются отдельно в курсах истории и сравнительной литературы.
Мужчины все больше ст



Назад