598474ea   

Другаль Сергей - Особая Форма



Сергей Другаль
Дела небесные
Особая форма
Капитан, он и есть капитан. О нем если писать, то только на нотной бумаге
в мажорных тонах. Но и не только он, каждый член нашего экипажа имеет заслуги
перед человечеством. Вообще, это не трудно: помог ты кому-нибудь, накормил
голодного, посадил дерево или выручил из беды, вот ты и заслужил перед
человечеством. И неважно, сколько народу о твоем добром деле знают, хоть бы и
ты один. Ты ведь тоже из человечества...
Это я все к тому, что на Сирене мой друг физически сильный и очень волевой
Вася Рамодин спас экипаж. Именно на Сирене - так мы назвали планету - в полной
мере проявились Васины способности. Если бы не он, то не знаю, что делал бы и
сам капитан. Даже капитан попал там под чуждое влияние.
Надо сказать, что Сирена вращалась в стороне от нашего пути, но когда мы
вынырнули из подпространства и огляделись, то обнаружили, что не туда прибыли.
Это случается. Не то что один человек, но и целый коллектив может не туда
заехать. Выяснилось, что отдельные неполадки были в системе ориентации
звездолета и один двигатель не тянул, а другой самопроизвольно впадал в
форсированный режим. На всякий случай капитан подвел корабль к ближайшей
планете - это и оказалась Сирена, - вывел его в инерционный полет на круговую
орбиту и послал нас в обычную разведку. Капитан же, навигатор, оба механика и
ремонтник Вася остались на корабле наводить порядок. Мы высадились на планету,
поставили, как положено, защиту вокруг катера и приступили было к работе...
Тут, для того чтобы дальше было понятно, я прервусь и воспользуюсь записями в
памятных браслетах. Такой браслет, фиксирующий звук, а при необходимости и
изображение, есть у каждого разведчика. В него можно наговорить свои
впечатления от увиденного. У Васи в коробочке лежат эти розоватые, подобные
аметистам кристаллики, и он иногда перебирает их. При этом на его
выразительном лице возникает странная улыбка и видно, что его обуревают
сложные, вряд ли поддающиеся расшифровке чувства. Вася знает, что я пишу эти
заметки в назидание грядущим поколениям, он кое-что читал, ибо я всегда дарю
ему опубликованное. По моей просьбе он и принес кристаллы, а воспроизводящий
аппарат у меня свой. Я не стал прослушивать при нем, и Вася вскоре ушел,
поскольку беседа в тот вечер у нас не клеилась. Вася очень уважает меня, но
все же смотрел с сомнением, словно хотел сказать: как-то ты из этого сюжета
выпутаешься, хватит ли у тебя мужества быть беспощадным к самому себе, как
того требует истина? Сомнения его имели почву, но если самокритика наше
оружие, то пусть не скажут потомки, что мы не умели им пользоваться. Мне было
трудно писать о событиях на Сирене, но я преодолел себя, как это сделал бы на
моем месте каждый член нашего экипажа... Итак, Вася ушел, а я вложил
кристаллик в гнездо, нажал кнопку и услышал собственный голос. Меня легко
узнать: эль я вообще не произношу, а вместо эр издаю глухое рычание. Попалась
примерно середина моего разговора с капитаном.
- ... Я вчера по очереди вызывал каждого из вас. Все здоровы - это видно
на пульте охраны, но несут сплошную околесицу. В чем дело?
- Капитан, - раздается мой голос, - за других не отвечаю и, о чем это вы,
понять не могу. Лично я очень почитаю вас и, как бывшему вожаку стаи (в этом
месте отчетливо прослушивается скрежет зубов капитана), скажу откровенно: я
счастлив. Мне разрешили чесать пупок и шею возле нижней губы. И я чешу. Вот и
сейчас... Ах, капитан, я не хочу ни с кем делиться,



Назад